«готов», сделал ему укол морфина и отправился лечить тех, кого можно было спасти.
Пияж думал о своей матери, которая со слезами умоляла его не вступать во Французскую армию в 1939 г.: ведь ее муж умер от ран, полученных на Первой мировой войне. Затем он подумал о Франции и «заплакал. Не от жалости к себе, не от ран — я почувствовал великую радость оттого, что вернулся на французскую землю». Тут он потерял сознание.
Врач подобрал Пияжа. Его доставили на ДСП на госпитальный корабль. Он излечился от ран и окончательно выздоровел в английском госпитале. Теперь он живет в Уистреане у моря. Из окна его гостиной видно место, где он когда-то высадился на берег.
Десантники продолжали действовать. Двигаясь решительно и энергично, они пересекли дамбу и атаковали обороняющихся немцев в Рива-Белла и Уистреане, выбив их из ДОСов и укрепленных зданий. После ожесточенной схватки они взяли с тыла интенсивно укрепленный опорный пункт «Казино».
Майор Р. «Пэт» Порчес, заслуживший крест Виктории за рейд в Дьепе (будучи ранен в руку, он вел штыковой бой одной рукой), командовал английской группой в 4-й дивизии коммандос. Его задачей было идти налево, на окраину Уистреана, чтобы уничтожить башню в средневековой крепости, с которой немцы вели управление огнем, и расположенную поблизости береговую батарею. Затем он должен был заменить на моcту Пегас соединение майора Говарда, предназначенное для главного удара.
Порчес потерял почти четверть своих людей, преодолевая дамбу, а также на заминированных заграждениях, под огнем минометов или под пулеметным огнем из ДОСа, находившегося слева от него. «Мы миновали побережье настолько быстро, насколько это было возможно. Бросали дымовые шашки: они более или менее защищали нас, давая возможность пересечь побережье. ДОС имел бетонное покрытие, и это обеспечивало немцам максимальную безопасность, но дымовые шашки позволили нам перейти берег».
Порчес повернул налево на прибрежную дорогу, с боем проложил путь по улицам, добрался до батареи и обнаружил, что «пушки» — это телефонные столбы. «Мы потом узнали от французов, что за три или четыре дня до дня „Д“ батарею отвели назад и разместили примерно в 3 км в глубь территории, — вспоминал Порчес. — Когда мы прибыли на позицию, они открыли огонь по тому месту, где недавно находилась батарея. Мы потеряли там кучу народу».
Порчес понял, что немецкие корректировщики огня в средневековой башне поддерживают связь с артиллеристами на батарее в глубине территории. Он двинулся к основанию башни. «Единственная лестница, ведущая наверх, находилась в середине башни, а те немцы были наверху. Они были